• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
14:29 

теперь вы понимаете, почему Питер Пен не хотел взрослеть
Да я из тех


14:19 

теперь вы понимаете, почему Питер Пен не хотел взрослеть
пусть тебе сегодня снится
Нотр-Дам, пронзенный светом,
твои тонкие ключицы
как хранилище души.
как же так могло случиться,
что я взял и стал поэтом,
наплевав на четкий принцип
"не умеешь - не пиши"?

средь паучьих лап собора,
не распятый, но навечно
обреченный стать опорой
для святыни Нотр-Дам,
я готов отринуть слово,
весь Париж и человечность,
чтобы бросить целый город
будто франк к твоим ногам.

заключенный силой в камень,
первозданный, но не первый,
я меняю мир местами,
развлекаюсь, как могу.
светом выложу орнамент,
пошатнув прохожим нервы,
видишь, видишь, дорогая?
я сегодня всемогущ.

напишу "be quiet" над шпилем,
зазвучу колоколами,
буду биться в тонкой жиле
у наивных прихожан,
я опасней, чем бериллий,
[это чисто между нами]
потому что даже пылью
разрушаю Нотр-Дам.

каждый день я бьюсь о стёкла
витражей, зеркал, мозаик.
в моих легких хриплый клёкот
бесконечных аневризм.
но однажды все поблёкнет
у меня перед глазами,
и, наверное, заглохнет
мой сердечный механизм.

но тебе всё так же снится
Нотр-Дам, пронзенный светом,
и как кошка, на ключицах
дремлет сонная душа.
отправляй же к чёрту принцип:
ты же можешь стать поэтом,
нужно лишь пошевелиться,
чтобы сделать первый шаг.



Ну и с каких пор Листомиров – это все?


14:16 

Вера

теперь вы понимаете, почему Питер Пен не хотел взрослеть
Я думаю, что мы должны читать лишь те книги, что кусают и жалят нас. Если прочитанная нами книга не потрясает нас, как удар по черепу, зачем вообще читать ее? Скажешь, что это может сделать нас счастливыми? Бог мой, да мы были бы столько же счастливы, если бы вообще не имели книг; книги, которые делают нас счастливыми, могли бы мы с легкостью написать и сами. На самом же деле нужны нам книги, которые поражают, как самое страшное из несчастий, как смерть кого-то, кого мы любим больше себя, как сознание, что мы изгнаны в леса, подальше от людей, как самоубийство. Книга должна быть топором, способным разрубить замерзшее озеро внутри нас. Я в это верю.

Франц Кафка, Письма.

14:15 

теперь вы понимаете, почему Питер Пен не хотел взрослеть
мне везде мерещится Сальвадор Дали
океаны волны и корабли.

одинокие люди с большой земли
никогда не плавали.

я тебя умоляю – не отдали,
никогда его, Боже, не отдали
от моей
гавани.

14:14 

Эй, Брэдбери, ты что знал о чем я буду думать?

теперь вы понимаете, почему Питер Пен не хотел взрослеть
Оставить тебя в покое! Хорошо. Но как я могу оставить в покое себя?

21:35 

Настоящий детектив

теперь вы понимаете, почему Питер Пен не хотел взрослеть
– Но вообще, ты все неправильно понял. Я про небо.
– Почему?
– Когда-то была только тьма, а теперь свет побеждает.

21:30 

Табор уходит в небо

теперь вы понимаете, почему Питер Пен не хотел взрослеть
Никого никогда не любила я. А тебя люблю. А еще я люблю волю Лойко. А волю я люблю больше тебя. Но не жить тебе без меня Лойко. Как не жить мне без тебя.

Какая же могучая сила в этом фильме.

21:27 

Дурак

теперь вы понимаете, почему Питер Пен не хотел взрослеть
– да ты послушай себя, дура. там сотни живых людей, сотни. совесть есть у тебя, нет?
– Дим, они нам никто.
– Маша, хорошая моя, уезжай. ты не видишь, что я тебя сейчас ненавижу? неужели ты не понимаешь, что мы живем как свиньи и дохнем как свиньи только потому, что мы друг другу никто.

21:26 

теперь вы понимаете, почему Питер Пен не хотел взрослеть
к черту Хьюстон - у них там всегда проблемы,
вот послушай меня, несгибаемый Байконур.
в нас зима коротит, выбивает, сжигает клеммы
и все просится выйти с нею на новый тур.

и все просится, чтоб продлили ее немножко
(хотя март ей, конечно, сдастся, ну, как всегда).
я тут сутками сплю, превращаясь скорее в кошку,
чем в свободную птицу. за окнами города

черно-белой картинкой, смазанной и поблекшей,
прилепились, кто б выдрал их, кто соскреб...
как ты там, Байконур, запорошенный и продрогший,
ожидаешь от нас печалей и прочий трёп?

это к Хьюстону, это у них проблемы.
а у нас все в порядке, честно, зима-зимой.
было б с кем пережить ее, были б стены,
ты там тоже держись, заклинаю тебя,
отбой.


Пряша

18:27 

Блок

теперь вы понимаете, почему Питер Пен не хотел взрослеть


Девушка пела в церковном хоре
О всех усталых в чужом краю,
О всех кораблях, ушедших в море,
О всех, забывших радость свою.

Так пел ее голос, летящий в купол,
И луч сиял на белом плече,
И каждый из мрака смотрел и слушал,
Как белое платье пело в луче.

И всем казалось, что радость будет,
Что в тихой заводи все корабли,
Что на чужбине усталые люди
Светлую жизнь себе обрели.

И голос был сладок, и луч был тонок,
И только высоко, у Царских Врат,
Причастный Тайнам,- плакал ребенок
О том, что никто не вернется назад

1905



22:49 

Читательские замашки

теперь вы понимаете, почему Питер Пен не хотел взрослеть
Ло-ли-та: кончик языка совершает путь в три шажка вниз по небу, чтобы на третьем толкнуться о зубы.
Ло. Ли. Та.
Она была Ло, просто Ло, по утрам, ростом в пять футов (без двух вершков и в одном носке).
Она была Лола в длинных штанах.
Она была Долли в школе.
Она была Долорес на пунктире бланков.
Но в моих объятьях она была всегда: Лолита.

22:01 

Ремарк

теперь вы понимаете, почему Питер Пен не хотел взрослеть
Сегодня утром я был просто парализован страстной тоской по тебе.



19:47 

теперь вы понимаете, почему Питер Пен не хотел взрослеть
и тогда бы сказать: да нет, я в порядке, брось.
а как будто земля на миг потеряла ось -
вверх тормашками всё летит, голова - что тюк.
не мычишь, но, как в горле кость, застревает звук.
тут бы айсбергом протаранить её корму,
но дымишь, как подбитый танкер, идя ко дну.
два сияющих глаза гаснут в один пролог,
будто пьяный электрик вырубил ломом ток.

и тогда бы сказать: будь счастлива и т.п.
но не хочет взрослеть твой внутренний Питер Пэн -
всё моргает, в бороздках лоб - не осилишь вброд,
и того и гляди - не выдержит, заревёт.

а потом бы бежать до норки, шуршать как мышь.
получил же билет? - вали уже. но стоишь.
сквозняками гудит закрытая настежь дверь,
и насквозь пробирает сиплое - что теперь?

а теперь - соберись, включись, досчитай до ста.
если сердце разбили, значит оно - хрусталь.

если хрустнуло так, что чудом ещё не сдох,
значит в этой груди когда-то селился Бог.


Даниил Тихонов



19:44 

теперь вы понимаете, почему Питер Пен не хотел взрослеть
кокопелли танцует, в небе орел парит. недоверчивый мой, давай заключим пари. на дыхание флейты спорим, на тень орла – я владею тем, что я себе не брала. кокопелли танцует, зреют вокруг сады, и летит орел, заметает крылом следы. расскажи им, имеющим право на чудеса, расскажи им о том, чего ты не знаешь сам. я играю на флейте, веду за собой орла, я владею тем, чему не найти числа, я беру урожай садов, отдаю земле. кокопелли танцует три тысячи долгих лет. если я устану – ни слова не говори. недоверчивый мой, давай заключим пари. пока флейта играет, а в небе горит звезда, ты идешь, идешь, идешь по моим следам.


Кот Басё

01:10 

теперь вы понимаете, почему Питер Пен не хотел взрослеть
ты уже подписался,
уже совершил свой грех:

сгорел до тла, никого не согрев

14:38 

теперь вы понимаете, почему Питер Пен не хотел взрослеть

01:18 

теперь вы понимаете, почему Питер Пен не хотел взрослеть
Гумберт привык бороться - это стало его отрадой, у него за спиною - солнце, ну а большего и не надо.
Лоле всего двенадцать, Лола почти ребенок. она любит над ним смеяться и ботинки на босу ногу. ее волосы пахнут летом и теплом молодого тела, Гумберт смотрит поверх газеты, Ло ведет себя слишком смело. хочет стать поскорее взрослой, сколько можно, в конце концов! Гумберт думает - все серьезно, Ло смеется ему в лицо.
он не хочет огласки истин, Ло становится все наглей и однажды, попав в больницу, исчезает на третий день. Гумберт раненым бьется зверем и не знает, куда пойти, он, пожалуй, в одном уверен - Ло навеки в его груди.
но не выйдет вернуть обратно яркой меди ее волос, Гум навечно запомнит дату, когда рухнул последний мост и осталась суровой правдой седина на его висках. невозможно забыть о главном, если в сердце закрался страх. невозможно поймать секунды, когда что-то в душе горит.
Ло останется вечно юной.
Гумберт в сорок - совсем старик.


Листомиров




01:15 

Достоевский

теперь вы понимаете, почему Питер Пен не хотел взрослеть
он и не ожидал, что у него с такою болью будет биться сердце

19:09 

теперь вы понимаете, почему Питер Пен не хотел взрослеть
восстань и сияй

10:43 

теперь вы понимаете, почему Питер Пен не хотел взрослеть

Дыши легко

главная