мывсетяжелобольны
теперь вы понимаете, почему Питер Пен не хотел взрослеть
я любил поэта по имени Доминик. Ник говорил не "ПалАник", а "ПаланИк", не уважал попсу, сигареты, кофе, - и это привело его к катастрофе. он тогда приходил ко мне, приносил коньяк, говорил, вокруг - тухлятина и фигня. обнимал кота, балансируя на пороге...
у него в стихах танцевали единороги, из его блокнота можно было напиться, на его картинах летели живые птицы, о его слова я часто колол руки...

- почему вокруг одни мудаки и суки?! почему они не любят моих драконов? а романтику вагонов и перегонов? почему они не видят, как я цвету, а читают мутную, мерзкую хуету?

- потому что все оставшиеся драконы позапиханы на закрытые полигоны. никого не переделаешь чудесами: интересны людям только они сами.

Ник мотал башкой, зависая над пятым шотом...
а потом спутал дверь с окном.
тоже выход, что там.

***

с разговора об этом прошла уже пара лет, и хороший поэт - теперь неплохой скелет. я поеду его навещу. юбилей скоро.
на могиле Ника - отличная мандрагора.


Арчет